Навігація
Головна
ПОСЛУГИ
Авторизація/Реєстрація
Реклама на сайті
 
Головна arrow Соціологія arrow Социология
< Попередня   ЗМІСТ   Наступна >

Антитеза порядка и хаоса

Синергетический подход заставляет социолога взглянуть на социальную, в том числе нормативно-ценностную, реальность сквозь призму категориальной антитезы порядок — хаос. Правда, в данном случае эти две категории обретают более частный вид понятий социального порядка и социального хаоса. При этом порядок обычно связывают с наличием устойчивых законов и закономерностей, а хаос — с преобладанием непредсказуемых случайностей.

В свете антитезы порядка и хаоса социум предстает как целое, внутри которого сосуществуют, активно взаимодействуя и противодействуя друг другу, бастионы структур правопорядка и очаги социального возмущения. Последние распространяют вокруг себя беспорядок в самых разных видах, начиная с сравнительно безобидных нарушений норм этикета и вплоть до чудовищных уголовных и политических преступлений, повергающих общественность в смятение и ужас.

Эти две противоположные социальные сферы не отделены друг от друга сколь-нибудь явным барьером. Напротив, они активно контактируют, напоминая не два рядом положенных мира, не два материка, и даже не два сообщающихся между собой сосуда, хотя социальная энергия и социальная информация и перетекают из одной сферы в другую. Порядок и беспорядок — это, скорее, два модуса единого социального тела, два разных, присущих ему состояния. А это означает, что в принципе невозможно отсечь и уничтожить все очаги беспорядка, оставив лишь то, что отвечает критериям цивилизованного социального порядка.

Оба состояния, порядка и хаоса, организованности и дезорганизованности способны чередоваться, попеременно сменять

ДРУГ друга. Эти смены могут иметь пульсирующий, маятниковый или волновой характер.

По удивительной закономерности, ввергающей в изумление непосвященных, порядок и беспорядок нужны друг другу. Никому не под силу развести их в разные углы вселенского ринга. В силах людей лишь выявить приемлемую меру соотношения между ними и стараться поддерживать ее при помощи соответствующих цивилизационных, нормативно-регулятивных средств.

Синергетическое видение заставляет социологию в целом и социологию права в частности постоянно держать в одном ряду два типа проблем, связанных с социальным порядком и со всем тем, что противодействует его утверждению, то есть разнообразные проявления аномии, дисномии, девиаций, деликтов, преступности, государственного неправа и т. д.

Обычно в книгах по социологии и праву эти две проблемные сферы предстают в непропорциональном соотношении с явным доминированием внимания к социальным формам стабильного социального порядка. С позиций же синергетики противоположности права и неправа, закона и беззакония, номоса и аномии, правопорядка и преступности оказываются в одном ряду, в одной системе методологических координат. И эта сдвоенность противоположных сфер выглядит отнюдь не искусственно. В данном отношении характерно "синергетическое" по своему духу высказывание российского мыслителя Серебряного века С. Франка, касающееся естественного права и природы социально-правовой регуляции как таковой: "Естественное право, — пишет он, — не есть право, обеспечивающее совершенную и блаженную жизнь, не есть социальный порядок, сполна удовлетворяющий потребности человеческого духа. Напротив, оно естественно несовершенно, выражая общее несовершенство человеческой жизни в ее подчиненности силам космического порядка. Точнее говоря, естественное право есть максимально-адекватное выражение нравственной и духовной природы человека в пределах ее подчиненности этим космическим силам. Так, моногамная семья есть форма, в которой нравственный дух человека упорядочивает космическую стихию пола. Так, государство, государственная власть есть форма, в которой практически удовлетворяется нравственная потребность свободной и мирной солидарности перед лицом космического наличия враждебных, злых, анархических сил внутри и вне общежития; и именно в этом смысле государственная власть, по учению апостола Павла, установлена Богом (таков же, конечно, и естественно-правовой фермент международного права, включая и еще неосуществленный замысел международного единства)".

Здесь отчетливо просматривается сходство метафизического и синергетического типов мировосприятия. А оно, в свою очередь, позволяет вспомнить о родственных связях метафизики и социологии.

Продуктивность синергетического подхода к социальной реальности очевидна. Современная эпоха, в силу ее переходного характера, весьма благоприятна для поиска и апробаций новых подходов к универсальной антитезе порядка и хаоса и к стоящим за ней вечным оппозициям добра и зла, добродетели и порока, законопослушания и вседозволенности.

Синергетическая теория несет в себе, кроме всего прочего, весьма характерный социально-этический смысл. Она представляет собой, по сути, довольно грустную теорию, ибо полностью развенчивает все остатки иллюзий о возможности "земного рая", "царства божьего" или "коммунистического благоденствия" с абсолютным порядком, добродетельным человечеством и всеобщим, безоблачным счастьем. Жизнь в природе и обществе была, есть и всегда будет сценой драматических противоборств сил порядка и хаоса, традиционно именуемых силами добра и зла. То, что в прошлом выглядело лишь как мрачные предположения и жуткие констатации в стиле Эмпедокла—Бёме—Шопенгауэра (безысходность вечной космической борьбы сил Вражды и Любви; готовность мира в любой момент сорваться в темную бездну; всевластие злой Мировой Воли над индивидами и государствами), синергетика в XX веке перевела на язык позитивных знаний, дополнив новыми, вполне научными аргументами.

Синергетика и метафизическая социология

При всем различии исходных мировоззренческих установок и базовых принципов, между синергетикой и метафизической социологией имеются существенные точки соприкосновения. Прежде всего, это относится к области проблемы детерминации.

С позиции синергетики будущее социальной системы, пребывающей в точке бифуркации, выглядит непредсказуемым. Совершенно очевидно, что чем шире регистр существующих возможностей, тем выше степень непредсказуемости вероятных следствий наличных причин.

На языке классической метафизической социологии и, в частности, у Гегеля эта проблема обрела вил концепта так называемой "иронии истории". Говоря об этой иронии, Гегель имел в виду часто обнаруживающуюся значительную степень расхождения между прогнозами, которые строят социальные субъекты, и теми неожиданными результатами, к которым приводят их целенаправленные усилия. Эти не соответствующие ожиданиям результаты могут быть как положительными, так и отрицательными. Объяснить их появление чем-либо, кроме благого промысла или коварства злой судьбы, метафизическая социология была не в состоянии.

Синергетическая социология отбрасывает в сторону предположения о сверхфизических первопричинах социально-исторических казусов и тех игр, в которые судьба играет с человеком. Она просто констатирует объективную, онтологически пред заданную фактуру, присущую любой социальной системе, пребывающей в точке бифуркации. Ее задача заключается в том, чтобы отметить крайне малую вероятность того, чтобы прогнозируемые события стали разворачиваться в каком-то одном, желанном для данного социального субъекта направлении.

 
Якщо Ви помітили помилку в тексті позначте слово та натисніть Shift + Enter
< Попередня   ЗМІСТ   Наступна >
 
Дисципліни
Агропромисловість
Банківська справа
БЖД
Бухоблік та Аудит
Географія
Документознавство
Екологія
Економіка
Етика та Естетика
Журналістика
Інвестування
Інформатика
Історія
Культурологія
Література
Логіка
Логістика
Маркетинг
Медицина
Менеджмент
Нерухомість
Педагогіка
Політологія
Політекономія
Право
Природознавство
Психологія
Релігієзнавство
Риторика
РПС
Соціологія
Статистика
Страхова справа
Техніка
Товарознавство
Туризм
Філософія
Фінанси
Інші