Навігація
Головна
ПОСЛУГИ
Авторизація/Реєстрація
Реклама на сайті
 
Головна arrow Література arrow «Ромео и Джульетта»: философское осмысление романтической любви
< Попередня   ЗМІСТ   Наступна >

"Любовь — как слюнявая юродивая"

На первый взгляд, такое определение из уст друга Ромео - Меркуцио может показаться странным, абсурдным, презрительным по отношению к любви, но так ли это, попробуем разобраться.

Итак, что же такое юродство, юродивый и какое соотношение (и может ли оно быть?!) данного феномена с любовью?

Если мы заглянем в большой толковый словарь, то под словом "юродивый" можно встретить ряд значений (первый и третий пункт мы рассмотрим детальнее):

1. религ. субстантивир. человек, отвергший все мирские ценности и ведущий аскетический образ жизни, обладающий мудростью, выражающейся во внешнем безумии; один из ликов святости ("Юродивые плясали и плакали", В.И. Костылев "Иван Грозный");

2. старин, глупый;

3. перен. неодобр. сниж. чудаковатый, ненормальный (Разве я похож на юного бродячего юродивого, которого сегодня казнят? М. Булгаков "Мастер и Маргарита");

4. устар.- то же, что уродливый.

Итак, как юродивый - это человек, которому чужды как комфорт, уют и всякого рода земные блага, так и любовь. Ему свойственен максимальный отказ от мирских ценностей. В этом выдающийся средневековый мыслитель М. Экхарт усматривает подобие любви и смерти. Он пишет, что "во-первых, смерть похищает и отнимает у человека всепреходящие вещи, так что не может он уже, как раньше, ни обладать, ни пользоваться ими... она также убивает человека в духовном смысле и по-своему разлучает душу с телом. Но происходит это тогда, когда человек всецело отказывается от себя, освобождается от своего "я" и таким образом разлучается сам с собой. Происходит же это силой безмерно высокой любви, которая умеет убивать так любовно. Называют же ее недугом сладким и смертью оживляющей" [1].

На аскетичности любви не будем останавливаться, об этом речь шла ранее.

Что касается мудрости любви, то это, по словам Э. Левинаса, и есть философия. Отказавшись от всего мирского, приобретаешь великую ценность и понимание того, что есть главным на этом свете.

Эрот - это любовь к прекрасному. Поэтому он, по мнению Платона, не может не быть философом, то есть любителем мудрости, а философ занимает промежуточное положение между мудрецом и невеждой [См.: Бутр. 203 е]. Юродивый также занимает срединное положение - он внешне (на словах) невежда, но в этой неразумности ее мудрость. Следовательно, существует "положительная глупость" (И. Кант) как другое правило или точка зрения, согласно которой вещи выглядят иначе и особым образом упорядочены [2].

Такого рода святое подвижничество реализуется, по мнению Т.Лютого, при обстоятельствах, когда "общественное сознание сводит бытие человека к тривиальным схемам. Тогда показные безумия скрывают признаки внутреннего самообладания. Внешне эти проявления нарочито отталкивающие, однако имеют целью латентное влияние: христианское юродство, иудейский хасидизм, мусульманский суфизм, дзен-буддизм, демонстративно нарушая общественные установления, отвергают проторенные антропонормы не в качестве ложной игры, а в виде предостережения относительно человеческой одномерности и закладывают новые антропологические перспективы. Ум, находясь в поисках истины существования, находит ее в потенциальной глупости,

что выступает противоположностью рационализированной повседневности, а потому имеет коммуникативный доступ к нерегламентированному способу бытия" [3].

И поэтому любовь святая, то есть обладающая максимально добродетелями, вбирающая в себя всех их. И если любовь юродивая, чудаковатая, то неизбежным становится вопрос, в чем же ее чудоковатость, удивительность в этом мире?

Российская исследовательница А. Садыкова отмечает, что "если попытаться определить чудо как абсолютное достижение желания или цели, то есть как нечто предполагающее абсолютность преодоления препятствий, то при этом утрачивается нравственная воля, улетучивается чистый жар души, исполненной жаждой действия. Чудо как естественный и реальный творческий акт при этом отрывается от человека, его духовных потребностей и интересов. Но... если любовь есть творчество, то она состоит в создании новой реальности, новой ценности или нового смысла. Любовь неповторима и уникальна; в то же время она отличается и непредсказуемостью, независимостью от нас, которая есть следствие весьма сложной и скрытой от нас логики чувств" [4].

Следовательно, чудесность любви в том, что она с нами "случается". И это прекрасно понимали Ромео и Джульетта. Кажется, вот приходит 20-25 лет в нашей жизни и пора подумать о личной жизни, но как бы мы не планировали, любовь приходит, когда она того хочет. Мы можем пойти в ночной клуб или еще в какое-то место массового скопления людей, ходить туда месяц, но так и никого не встретить. А можем ехать самым последним поездом в метро, в полпервого-ночи... и на весь вагон еще один человек (противоположного пола), каждый из нас думает о своем, но... вдруг взгляды пересеклись и неожиданно друг для друга улыбнулись. В итоге парень взял адрес/телефон девушки, а в контексте XXI века, узнал, есть ли она в соцсетях... так и зародилась их история любви.

Верно, замечает российская исследовательница феномена любви Г. Иванченко: "Чудо не выбирается нами - оно происходит. Л. Ловелль

отмечает, что "самые свободные действия, которые одновременно - самые совершенные, суть те, которые уже не являются следствием выбора"" [5]. Тоже самое, в принципе, касается и любви. Мы не выбираем место и время для начала истории любви или для свершения чуда. И явно, что ни Ромео, ни Джульетта не знали, где настигнет их любовь. Следовательно, ситуации проявления чуда и любви в жизни - вне нашего выбора. Оба эти явления вне нашей власти, мы просто можем их желать, думать, мечтать и т.п., но все зависит от нашей готовности к встрече. Причем возможность первой встречи зависит исключительно от нашей внутренней готовности, от того насколько сердце и душа готовы совершать "труд любви". Как замечательно написал в 1958-ом году Н. Заблоцкий:

"Не позволяй душе лепиться!

Чтоб в ступе воду не толочь,

Душа обязана трудиться И день и ночь, и день и ночь!".

Еще одним важным аспектом "чудесности" любви, то, что только она в себя вбирает порой (подчеркиваем - порой!) абсолютные противоположности - к примеру, время и вечность, историческое и аисторическое, физическое и духовное, тело и душа. Пожалуй, ничто так в мире не соединяет противоположности как любовь. Исходя из этого, становиться понятным, почему ранние древнегреческие мыслители (Акусилай, Ферекид, Парменид; Пифагор и Эмепедокл) за основу бытия принимали именно Любовь.

Только любовь способна объединять то, что другим не под силу - эта мысль прошла красной нитью через весь западноевропейский историко-философский дискурс от античности до постмодерна. Даже дружба не способна на такое, которая, по мнению Аристотеля, всегда ищет себе равного, похожего. Любовь всегда ищет что-то непохожее, она не просто ищет Другого, она ищет Другое, отличное от себя хотя бы в чем- то, в этом ее гармония и диалектика одновременно.

"Чудесность" любви состоит в том, что она всегда будет "ускользать" из нашего понимания. Как любое Чудо до конца никогда не постигнешь, так и любовь. Даже тогда, когда подлинно любишь, счастлив в браке уже 40-50 лет, для тебя любовь непременно остается чудом. И если в 20-25 лет чудесность любви состоит в том, что мы встретились с любимой личностью, то уже лет в 75-90 чудом является то, что любовь наша стала "крепка как смерть".

Она "ускользает" не только от любящих, но вообще от человечества, особенно от тех, кто о ней пишет, исследует в тех или иных измерениях. К примеру, известный мыслитель Д. фон Гильдебранд в "Метафизике любви" пишет: "Мы смеем надеяться, что эта книга представляет собой значительный шаг вперед в философском исследовании сущности любви. Конечно, мы сознаем, насколько трудно охватить во всей его бездонной глубине этот первичный феномен, который как ничто другое среди данностей представляет собой mirandum (чудо) и вызывает наше thaumazein (удивление). Но кому под силу полностью охватить его! Разве нам не следует воскликнуть вслед за ев. Августином: "Et quid aicit aliquis, cum de te dicit? Et vae tacentibus de te, quoniam loquaces muti sunt!" (И что скажет говорящий о Тебе? Но горе молчащим о Тебе, ибо красноречивые безмолвствуют)" [6].

Схожесть природы любви с чудом состоит еще и в чувстве ожидания. Это означает, что особое место отводится надежде. Любовь не может жить без надежды, а надежда - это взгляд в будущее. Даже тот, кто влюблен безответно, втайне всегда надеется на чудо: на то, что ему где-то когда-то ответят любовью. А счастливая любовь непременно строит планы, смотрит на перспективу через магический кристалл радости [7]. Любовь всегда и везде надеется, так же мы всегда надеемся, что произойдет чудо.

В продолжении анализа онтологии любви нельзя не упомянуть о связи последней не только с феноменом чуда, но и с феноменом боли. По мнению Р. Хайдаровой, чудо и боль связаны в европейской культуре по признаку их подобия - по сверхъестественности, а значит сверхлогичности [8]. Без сомнения, любовь также изначально "сверхъестественна" и сверх-логична. Она является такой потому, что тоже связана с болью. Еще в эпоху античности Платон устами одного из героев диалога "Пир", Агафона подчеркивает, что: "если он (Эрот - В.Т.) сам страдает, то не от насилия - Эрота насилие не касается, а если он причиняет страдание, то опять-таки без насилия, ибо Эроту служат всегда добровольно" [См.: Бутр. 196с]. Соответственно, по мнению древнегреческого мыслителя, страдание является непременным свойством, способностью, характеристикой любви - она страдает, есть страдальческая и приносит поэтому боль тем людям, которых охватила любовь.

Любовь же для ученика Платона - Аристотеля неразрывно связана, как со страданием так же, как и с удовольствием [См.: ЕЙг.Мс. 1105Ь 20-25]. Соответственно, для древнегреческого мыслителя ложным является то, что те или иные человеческие чувства связаны только с положительными или отрицательными фактами. Человеческие чувства (в т.ч. любовь) являются амбивалентными, потому приносят как радость, так и боль, дают ощущение позитива и негатива - и это абсолютно для них естественно.

Любовь также является "чудесной", поскольку двое людей, которые до первой встречи (иногда и даже через ряд встреч) были совершенно чужими друг другу. И вот, вдруг... между ними прошла какая-то искра, всем нам известный "первый взгляд, первая улыбка", которые станут основой любви. Действительно, "любовь возникает именно тогда, когда некая незримая рука сбрасывает покров, открывая красоту, которую другие могут уловить. То, что непосвященным кажется обычным и лишенным тайны, для любящих становится единственным и таинственным. Говорят, что любовь слепа, а между тем она дает видение" [9]. Чудо состоит в том, что "ты" трансформируется в "Ты", что Чужой становится "Своим Иным".

Такая трансформация происходит тогда, когда мы понимаем, что нашли свою вторую половинку, узнали (через время) в обычном прохожем и осознали, что это тот, которого мы искали и ждали всю жизнь. Уместной в этом контексте звучит мысль выдающегося западного философа Г.-Г. Гадамера: "Узнать - значит, наоборот, опознать вещь как некогда виденную. В этом "как", между прочим, заключена вся загадка. Я имею в виду не чудо памяти, а чудо познания, кроющееся здесь. Ибо когда я кого-то узнаю, или что-то узнаю, то вижу узнанное освободившимся от случайности как его теперешнего, так и его тогдашнего состояния. В узнавании заложено, что мы видим увиденное в свете того пребывающего, существенного в нем, что уже не затуманивается случайными обстоятельствами его первого и его второго явления. Этим создается узнавание" [10].

Следовательно, общим основанием несовершенств (проявлений безобразного) отношений в любви выступает отсутствие ощущения чуда. Если этого ощущения нет или оно было, но ушло, перед нами что угодно, но уже не любовь. В лучшем случае - ее слабая, бледная тень [11]. Русская исследовательница Е.Н. Золотухина-Аболина в этой связи подчеркивает: "Явление Богородицы - чудо, но если она начнет являться каждый день, то через месяц вы будете отслеживать по часам, не опоздает ли Матерь Божья сегодня, и попытаетесь успеть позвонить другу, если она припозднится. Это и есть "превращение в повседневность" [12]. "Но, если ощущение чуда ушло, - по мнению Е. Иванченко, - неминуемо страх, либо ревность, либо еще какие-то чувства примешиваются к любви. Можно ли контролировать чудо (как это пытается делать ревность)? Можно ли пытаться опустошить его до капли, к чему стремится одержимый адиктивной жаждой полного слияния (вспомним Снегурочку, чье таяние объясняется так, кстати, пришедшим летом, - но не безумная страсть ли Мизгиря тому виной? Или лягушечью шкурку, которую сжигает Иван-царевич, после чего ему приходится искать свою жену за тридевять земель)?" [13]

В связи с этим известный религиозный деятель XX века, митрополит Антоний (Блум) в работе "Таинство любви" отмечает, что любовь - это чудо на земле. В мире, где все и всё идет вразброд, брак, по мнению религиозного мыслителя, место, где два человека, благодаря тому, что они друг друга полюбили, становятся едиными, место, где рознь кончается, где начинается осуществление единой жизни. И в этом самое большое чудо человеческих отношений: двое вдруг делаются одной личностью, два лица вдруг, потому что они полюбили и приняли друг друга до конца, совершенно, оказываются чем-то большим, чем двоица, чем просто два человека, - оказываются единством" [14].

Следует подчеркнуть, что в контексте рассматриваемого фрагмента "Ромео и Джульетты", автор трагедии не просто говорит о любви как юродивой, но применяет эпитет "слюнявая". А в чем же тогда ее "слюнявость"? Безусловно, здесь не нужно рассматривать буквально. В переносном смысле это означает излишнюю чувствительность. Любовь поистине сверхчувствительна. Как отмечает Ю. Рюриков "любовь - это праздник всех чувств". В любви люди чувствуют те или иные проблемы, боли Другого значительно лучше и ощутимее, чем тогда, когда они пребывают в состоянии безразличия либо просто симпатии или увлечения.

Таким образом, можно согласиться с мыслью У. Шекспира о любви как юродивой. Любовь для тех, кто не в ее власти есть юродивостью, странностью, глупостью, чудаковатостью. Любящие являются юродивыми для окружающих в существующей ценностно-нормативной системе ценностей, правил, норм, поскольку то, что непосвященным кажется привычным и таким, что не содержит таинство, для любящих становится единственным и таинственным. Любовь характеризируется как "слюнявая" не в контексте внешнего вида, а как понимание ее сверхчувствительности.

  • [1] Экхарт М. Сильна как смерть, любовь / Мейстер Экхарт. Духовные проповеди и рассуждения. - СПб: Амфора, ТИД Амфора, 2008. - С. 178.
  • [2] Лютый Т.В. Філософсько-антропологічний аналіз нерозумного / Т.В. Лютий, авто- реф.дис... на здобут. наук, ступеня, д-ра. філос. н. спец.09.00.04. - філософська антропологія, філософія культури. - К.: ІФ НАНУ, 2009. - С. 1.
  • [3] Лютий Т.В. Філософсько-антропологічний аналіз нерозумного. - С. 15.
  • [4] Садыкова А.Г. Любовь как естественное чудо / А.Г. Садыкова, А.В. Лукьянов. Идея метакритики "чистой" любви (философское введение в проблему соотношения диалектики и метафизики). - Уфа: Изд-во Башкир, ун-та, 2011. С. 113.
  • [5] Иванченко Г.В. Логос любви, С.64.
  • [6] Гильдебранд Д. фон. Метафизика любви. - С.627.
  • [7] Золотухнна-Аболнна Е.Н. Повседненость: философские загадки / Е.Н. Золотухина- Аболина. - К.: Ника-Центр, 2006. -С.142.
  • [8] Хайдарова Г.В. Феномен боли в культуре / Г.В. Хайдарова / Автореф. дне. ... д-ра философ. наук. Специальность 24.00.01 - теория и история культуры. - СПб, 2013. - С. 27.
  • [9] Евдокимов П.Н. Таинство любви: тайна супружества в свете православного Предания / Павел Евдокимов. - М.: Лепта-Пресс, 2008 - С.186-187.
  • [10] Гадамер Г.Г. Искусство и подражание / Г.-Г. Гадамер. Актуальность прекрасного / пер. с нем. - М.: Искусство, 1991. - С.236-237.
  • [11] Иванченко Г.В. Логос любви / Г.И. Иванченко. - М.: Смысл, 2007 - С.63.
  • [12] Золотухина-Аболина Е.Н. Повседневность: философские загадки. - С.26.
  • [13] Иванченко Г.В. Логос любви. - С.64.
  • [14] Митрополит Антоний Блум. Таинство Любви. Беседа о христианском браке / Митрополит Антоний (Блум) / Свет Любви Господней - М.: Изд-во Православного братства св. апостола Иоанн Богослова, 2009 - С. 169.
 
Якщо Ви помітили помилку в тексті позначте слово та натисніть Shift + Enter
< Попередня   ЗМІСТ   Наступна >
 
Дисципліни
Агропромисловість
Банківська справа
БЖД
Бухоблік та Аудит
Географія
Документознавство
Екологія
Економіка
Етика та Естетика
Журналістика
Інвестування
Інформатика
Історія
Культурологія
Література
Логіка
Логістика
Маркетинг
Медицина
Менеджмент
Нерухомість
Педагогіка
Політологія
Політекономія
Право
Природознавство
Психологія
Релігієзнавство
Риторика
РПС
Соціологія
Статистика
Страхова справа
Техніка
Товарознавство
Туризм
Філософія
Фінанси